ИНСТИТУТ СИСТЕМ ЭНЭРГЕТИКИ ИМ. Л.А.МЕЛЕНТЬЕВА СИБИРСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
История Этапы Исследования Достижения Доска почета Воспоминания Фотогалерея


Воспоминания о Дружинине И.П.

(из книги "Жизнь академика Игоря Петровича Дружинина")

Л.С. Попырин. ОН УМЕЛ РЕШАТЬ ПРОБЛЕМЫ ЛЮБОЙ СЛОЖНОСТИ

А.А. Макаров. РАСЦВЕТ

В.М. Матросов. ЧТО ВСПОМИНАЕТСЯ...

Н.А. Логачев. ИРКУТСКИЙ ОПЫТ

Л.С. Попырин*

ОН УМЕЛ РЕШАТЬ ПРОБЛЕМЫ ЛЮБОЙ СЛОЖНОСТИ

   В 1960 г. по инициативе академика Льва Александровича Мелентьева было принято решение Президиума Академии Наук СССР о создании Сибирского энергетического института (СЭИ). По замыслу Л.А. Мелентьева СЭИ создавался как институт комплексных исследований в энергетике, основанных на применении математического моделирования и ЭВМ. Это было принципиально новое направление энергетической науки, успешное развитие которого позволило широко использовать в научно-исследовательских и проектных организациях новые подходы и методы, базирующиеся на методологии системных исследований в энергетике.

   При формировании коллектива института была сделана ставка на молодежь. Перспектива интересной научной работы привлекла в СЭИ недавних выпускников высших учебных заведений и молодых кандидатов наук. В числе последних приехал в СЭИ в 1961 г. и Игорь Петрович Дружинин, незадолго до этого успешно закончивший аспирантуру в 1955 г.

   В относительно короткий срок И.П. Дружинин развернул в СЭИ исследования с целью научного обоснования стратегии управления водными ресурсами страны при их оптимальном использовании. В этом направлении научные интересы И.П. Дружинина были направлены на решение целого ряда задач.

   Одной из основных являлась задача разработки методов и математических моделей для оптимизации развития водного хозяйства страны с учетом динамики экономических, социальных, природных и иных условий, изучение на их основе динамических свойств водохозяйственной системы страны, особенностей построения замыкающих затрат на водные и земельные ресурсы по экономическим районам.

   Прикладным продолжением этой задачи явилась разработка стратегии развития водного хозяйства СССР на длительную перспективу, в том числе - использования существующих водохозяйственных систем и их модернизации, размещения новых водоемких производств и др.

   Много сил и внимания И.П. Дружинин уделял изучению закономерностей многолетних колебаний стока рек, метеорологических элементов и других природных процессов и их вероятностному прогнозированию с заблаговременностью от одного года до пяти-десяти лет. Работы И.П. Дружинина пользуются известностью у специалистов различных областей науки, поскольку в них рассматриваются закономерности протекания геофизических процессов не только в отдельных регионах, но и в планетарном масштабе.

   Однако Игорь Петрович не мог ограничить свою деятельность в СЭИ только научной работой. Он прекрасно понимал важность научно-организационной деятельности, работы по популяризации достижений науки. Поэтому, не прекращая научной работы в СЭИ, в 1978 г. он согласился занять должность заместителя Председателя Иркутского научного центра АН СССР по научной работе. На этом посту Игорь Петрович сосредоточил свое внимание на решении двух основных задач: использование методов математического моделирования в научных работах институтов Иркутского научного центра и пропаганда эффективности использования результатов научных исследований институтов Центра в народном хозяйстве Сибири.

   И.П. Дружинина как ученого и человека отличал государственный подход к делу, активная гражданская позиция. Это проявлялось в его деятельности на всех постах, в подходах к решению проблем любой сложности, с которыми ему приходилось сталкиваться как заместителю Председателя Иркутского научного центра, директору Института водных и экологических проблем, председателю Хабаровского научного центра, наконец, просто как действительному члену Российской Академии Наук.

*Лев Сергеевич Попырин - член-корреспондент РАН, заведующий лабораторией Института энергетических исследований РАН. г. Москва.



А.А. Макаров*

РАСЦВЕТ

   В самом начале 60-ых годов еще вполне зеленая молодежь стала собираться со всей страны в Иркутске в создаваемом Сибирском энергетическом институте СО АН СССР. Амбиции били через край: мы ехали заниматься небывалым делом - математическим моделированием и оптимизацией на только что появившихся ЭВМ ни больше, ни меньше как всей энергетики страны. И конечно мы внимательно присматривались к приехавшим на год-два раньше остепененным (пока на кандидатском уровне) "старожилам", оценивая их жизненный опыт, человеческие качества и творческий потенциал. Число таких отцовоснователей института ограничивалось десятком, но это были личности. И среди них я вскоре выделил Игоря Петровича Дружинина. Сначала, как это ни странно, внимание привлекла его манера играть в пинг-понг: стремительность, цепкость и веселая спортивная злость. Затем - неординарность, порой парадоксальность и даже экстремизм суждений по научным и жизненным вопросам, которые регулярно обсуждались на коллективных посиделках у нашего директора Л.А. Мелентьева. Дальше - больше. У каждого из нас была тогда своя сверхзадача. У меня, как и у большинства, она была связана с, как я теперь понимаю, достаточно умозрительными возможностями оптимизации развития энергетики. А Игорь Петрович выбрал, казалось бы, достаточно традиционное и вместе с тем гораздо более ответственное по проверяемости результатов направление.

   Собрав небольшой, но очень трудоспособный (и, кстати, обожавший его) коллектив, он занялся прогнозированием стока сибирских рек. Тогда уже работала Иркутская и достраивалась Братская ГЭС, бурно обсуждались проекты Усть-Илимской и Нижне-Ангарской (теперь Богучанской) станций на Ангаре, сверхмощные каскады ГЭС на Енисее, Лене и их притоках. Все искрились оптимизмом, коммунизм был обещан на 1980 год, а без огромного производства электроэнергии (2,7-3 триллиона киловатт-часов в год - вчетверо больше, чем сегодня в России) его, конечно же, не построишь. Без знания режимов стока рек гидроэнергетика невозможна, и, чем точнее их прогнозы, тем дешевле каскады ГЭС и тем меньше ежегодные сбросы воды мимо турбин на многие десятилетия их работы. Так что по значимости эта научная проблема выходила на общенациональный уровень.

    Но мало того, что Игорь Петрович замахнулся на большой значимости задачу, он сменил и парадигму ее исследования. Опираясь на принципиально новые вычислительные возможности, предоставляемые даже первыми, еще очень несовершенными ЭВМ, он ввел в прогнозы стока рек новые информационные факторы, такие, например, как уровень солнечной активности. А позднее, когда быстродействие ЭВМ увеличилось на порядки, одним из первых осознал плодотворность создания самообучающихся прогностических систем, успешно разработанных его коллегами применительно к стоку Ангары и Енисея.

    Шла интенсивная, порой изнурительная работа, не все выдерживали задаваемый темп и требования к качеству результатов, схлестывались идеи и характеры, иногда доходило до разрывов. А для разрядки Игорь Петрович почти ежегодно организовывал и возглавлял экспедиции по самым экзотическим рекам Сибири, часто в ненаселенные районы, со сплавом на плотах, с вечерними песнями у костра, отгоняющего полчища гнуса. Из экспедиций всегда привозились идеи о новых створах ГЭС, которые Игорь Петрович с присущей ему цепкостью и убедительностью отстаивал на всех уровнях.

    Около десятка монографий, докторская диссертация и информационно-вычислительный комплекс, предсказавший все происшедшие в 80-ые годы экстремальные колебания стока Ангары и Енисея, "материализовали" этот этап научной деятельности Игоря Петровича. А его непоседливая натура искала новое поле деятельности и обрела его на этот раз в подлинной сверхзадаче ~ оптимизации сельскохозяйственного использования водных ресурсов СССР. Это было родственно тому, чем занимался наш отдел СЭИ - оптимизацией развития топливно-энергетического комплекса Союза.

    У нас уже были хорошие модельно-методические наработки и значительные информационные заделы. Началось сначала осторожное, а затем все более доверительное взаимодействие. Я не переставал удивляться, как быстро Игорь Петрович схватывал и творчески перерабатывал для своей задачи очень непростые приемы математического моделирования сложных народнохозяйственных систем, как аккуратно уточнял постановку задачи, "с кровью" отказываясь от неподъемных ее аспектов и аккуратно отсеивая ненужную детализацию. Он быстро осознал, что главное в моделировании таких систем - не возможности математических методов и вычислительных программ, а доступность информации и способность действующей в стране системы управления воспринимать результаты оптимизации.

    Чтобы обеспечить востребованность своей работы, Игорю Петровичу пришлось погрузиться в очень непростые "игры интересов" вокруг проблемы использования водных ресурсов, которые велись в регионах, но в конечном итоге концентрировались в Москве. Это и борьба среднеазиатских республик за квоты использования стока Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи, и проекты переброски рек, и эффективность орошения, и многое другое. Игорю Петровичу удалось найти союзников, не обзаведясь непримиримыми врагами. Все это стало отличной школой для его последующей работы как крупного организатора науки.

    Мне кажется, что 60-ые и 70-ые годы в г. Иркутске стали для Игоря Петровича периодом расцвета его творческих возможностей и накопления самого разнообразного жизненного опыта. Был заложен фундамент для его дальнейшей успешной научной карьеры (в хорошем смысле этого слова).

    Мы не были особенно близки, но очень доброжелательно и надежно сотрудничали в этот период. В конце 70-ых судьба развела нас по разным концам огромной страны. Но контакты поддерживались активно, вплоть до проведения в 1989 г. совместной экспедиции по затопленному тайфуном Приморью. А последние годы судьба снова свела нас в одном институте, уже в Москве. Но эти периоды жизни Игоря Петровича лучше опишут другие.

*Алексей Александрович Макаров - член-корреспондент РАН, директор Института энергетических исследований РАН, г. Москва.



В.М. Матросов*

ЧТО ВСПОМИНАЕТСЯ...

    Я знаю его с 1976 г., когда мы работали в Сибирском энергетическом институте в Иркутске, и Игорь Петрович, исполняя обязанности директора Института, пришел как-то ко мне и предложил выдвинуться в члены-корреспонденты РАН на вакансию Сибирского отделения. Никогда не забуду.

    Хотелось бы вспомнить более подробно о годах жизни И.П. Дружинина, после перенесенного им инсульта и переезда в Москву в 90-х годах, когда мы дружили семьями, живя одно время даже в одном подъезде в служебных квартирах.

    В Игоре Петровиче всегда поражала доброта, гостеприимство, доброжелательность, порядочность и трудолюбие. Его здоровье и подвижность левой стороны были уже ограничены, но, несмотря на это, он продолжал работать, и написал раздел о программе развития Хабаровского края в коллективную монографию "Новая парадигма развития России в XXI веке" (Комплексные исследования проблем устойчивого развития), посвященную памяти В.А. Коптюга, 1-ое издание которой он увидел, а 2-ое вышло уже после его смерти, и сейчас пользуется популярностью у депутатов Государственной Думы Российской Федерации. Игорь Петрович охотно откликался на приглашения и приезжал на заседания экспертного консультативного совета при Комиссии по проблемам устойчивого развития, экспертного совета Комитета по экологии по устойчивому развитию. Парламентские слушания в Государственной Думе, где обычно выступал.

    Помню его последнее выступление 2 октября 2000 г. на Парламентских слушаниях, когда обсуждался нравственный императив и проблемы воспитания при переходе к устойчивому развитию России. Игорь Петрович с трудом подошел к трибуне и начал тихо говорить. Но говорил, как всегда с юмором и доброй наставнической ноткой. Вспомнил, что, когда ехал из дома на заседание, смотрел на рекламные щиты, которые встречались вдоль дороги и недоумевал: зачем? Про пиво, про папиросы и колготки ... зачем? Ведь нужно, чтобы в подсознании человека будущего общества разума (с ответственностью за его устойчивое развитие) было совсем другое, совсем другие цели и покорители. Они должны быть воспитаны с малых лет. Какое число задач воспитания совсем не тронуты или забыты...

    Это был мудрый и добрый человек!

    Таким он навсегда останется в нашей памяти.

* Владимир Мефодиевич Матросов - академик, директор Центра исследований устойчивости и нелинейной динамики при Институте машиноведения им. А.А. Благонравова РАН.



Н.А. Логачев*

ИРКУТСКИЙ ОПЫТ

    18 мая 1977г., в день 20-летия Сибирского отделения Академии наук СССР, на меня неожиданно были возложены обязанности председателя Президиума Восточно-Сибирского филиала СО АН СССР в связи с внезапным уходом с этой должности члена-корреспондента АН СССР Владимира Евгеньевича Степанова, крупного советского астрофизика, директора СибИЗМИРа в Иркутске. С 1973 г. по сентябрь 1976 г. я был его штатным заместителем по науке, и с моим назначением с 1 октября 1976 г. директором Института земной коры СО АН СССР я, по просьбе Степанова, остался его заместителем на общественных началах. Мое согласие продлить заместительскую миссию основывалось на том, что мне с председателем Президиума работать было интересно и легко, поскольку мои инициативы и самостоятельность практически не ограничивались. Дело облегчалось еще и тем, что другие заместительские должности в Президиуме (по строительству и по общим вопросам) занимали опытные, энергичные и умелые специалисты Г.Г. Поляков и В.И. Бочкарев, с которыми у меня сложились превосходные отношения.

    В первую очередь мне пришлось задуматься, кого из докторов наук иркутских академических институтов следует пригласить на работу в Президиум заместителем председателя по науке. После серьезных размышлений и консультаций с членами Президиума, особенно с директором СЭИ членом-корреспондентом АН СССР Ю.Н. Руденко я остановил свой выбор на докторе географических наук (кандидате технических наук) Игоре Петровиче Дружинине, заведующем лабораторией СЭИ, недавно назначенным заместителем директора этого института.

    Состоялась обстоятельная беседа с ним, в течение которой я постарался изложить содержание работы зама по науке и о возможных действиях Президиума по улучшению дел в Академгородке, а также по интеграции научных сил Иркутска и области. По содержанию нашего разговора я понял, что Дружинин заинтересовался предложением и попросил три дня на обдумывание. По их истечении он сообщил мне о согласии и в январе 1978 г. приступил к работе.

    До того, как я сделал предложение Игорю Петровичу, наши пути практически никогда не пересекались. Из общения с ветеранами СЭИ я знал, что он - крупный гидролог с ярко выраженной склонностью к созданию моделей долгосрочного гидрологического прогноза - чрезвычайно важного инструмента управления водным хозяйством крупных регионов и страны в целом. От моей дочери-студентки географического факультета университета (1971-1975 гг) и ее сокурсниц я знал, что профессор Дружинин - прекрасный лектор по курсу гидрологии, что он бывал членом и председателем ГЭК факультета. Для меня этих сведений было достаточно, чтобы остановить свой выбор на Дружинине, и я был откровенно рад его согласию поработать со мной в Президиуме филиала, разумеется, с сохранением за ним всех взаимодействий с энергетическим институтом, университетом, политехническим институтом и другими организациями.

    Через несколько дней рабочего общения с ним я убедился, что имею дело с человеком высокой работоспособности и организованности. На такого зама я мог положиться полностью. Отлучаясь из Иркутска в довольно частые командировки по стране или в зарубежье по научным, организационным или парламентским поводам, у меня всегда была уверенность, что мой зам не хуже меня справится с председательскими обязанностями. Порукой тому были его собранность, деловитость и обязательность, а также широкая эрудиция в естественных науках, организационных и административных делах.

    Словом, профессор Дружинин стал для меня настоящим соратником. Мы дружно проработали вместе 9 лет - с начала 1978 г. до начала 1987 г., когда он принял предложение Дальневосточного отделения АН СССР возглавить институт в Хабаровске. Я и теперь, 15 лет спустя после расставания с ним, с теплотой и удовольствием вспоминаю годы нашей совместной работы. Эти годы были по-своему счастливыми в развитии Иркутского научного центра: стали зрелыми научные коллективы институтов, возводились объекты науки, интенсивно строилось жилье и предприятия социально-бытовой инфраструктуры в Академгородке. Во всем этом имеется определенный вклад И.П. Дружинина, к ак второго лица в иерархии Президиума научного центра. и у кого и в мыслях не было, что за этим относительным благоденствием вскоре последует тяжелая полоса политических и социально-экономических преобразований, крайне болезненно отразившихся на стране и ее академической науке. Но это особая тема.

    Круг обязанностей Дружинина по Президиуму был достаточно широк и разнообразен. Под его внимательным присмотром работали кафедры иностранных языков и философии. Центральная научная библиотека. Постоянно возглавляя жилищную комиссию научного центра, он добился филигранной точности расчетов квадратных метров жилья на долю институтов и предприятий социальной и хозяйственной сферы. При окончательном обсуждении схетмы распределения жилья на Президиуме случались споры и попытки отдельных участников заседания "натянуть одеяло на себя". Они удавались очень редко: придуманный Центральной жилищной комиссией механизм долевого расчета, одобренный Президиумом научного центра, был безупречным. Лично я всегда поддерживал вариант комиссии, зная насколько тщательно и въедливо она готовила свои предложения. Перед их вынесением на Президиум мы с Игорем Петровичем внимательно обсуждали предлагаемый комиссией вариант распределения на предмет сбалансированности интересов всех участников дележа. Хотя на Президиуме и случались жаркие схватки по этому поводу, но разногласия не выходили за пределы Академгородка, и не было разбирательств каких-либо внешних инстанций.

    Я специально поподробнее остановился на работе И.П. Дружинина как председателя ЦЖК потому, что при всей кажущейся рутинности и непривлекательности, эта работа имела жизненноважное значение для растущих коллективов научного центра. Он справился с этой задачей блестяще.

    Все годы работы в Президиуме Игорь Петрович был постоянным членом Совета ректоров вузов Иркутска и области, проводя политику живого взаимодействия и интеграции сил академических институтов и высших учебных заведений. На этом поприще им сделано немало, особенно по расширению разностороннего сотрудничества с политехническим институтом (ныне технический университет) и собственно Иркутским государственным университетом. Кстати, ректоры обоих вузов были членами Президиума научного центра, что существенно облегчало взаимодействие Совета ректоров и нашего Президиума. Сам же Игорь Петрович был образцом активных творческих связей с этими двумя вузами, занимая в них по совместительству должности профессора, заведующего кафедрой или руководя дипломными работами выпускников. Словом, вузовское дело он знал изнутри и был достойным нашим представителем в Совете ректоров.

    На заместителе председателя по науке лежало руководство работой Научно-технического совета при Президиуме Иркутского научного центра, определявшего политику развития Опытного завода и координировавшего производственные отношения между заводом и институтами - заказчиками образцов экспериментального оборудования. Не будучи "технарем", Дружинин тем не менее успешно справлялся с этой ответственной работой. Во всяком случае, каких-либо нареканий со стороны более искушенных в технических делах членов совета не было.

    Вскоре после вступления в должность И.П. Дружинин выступил с предложением о создании при Президиуме научного центра Комиссии по долгосрочному прогнозу природных явлений на междуведомственной основе. Такая Комиссия под его председательством была учреждена и начала свою системную работу. Председателю удалось на неформальной основе объединить ученых и специалистов многих учреждений города, имеющих отношение к изучению и использованию уникального по разнообразию природного комплекса Восточной Сибири. Комиссия быстро превратилась в авторитетный орган научного и организационного общения, и наступил момент, когда было осознано, что ее дальнейшая успешная работа должна быть поддержана изданием ее трудов. Игорю Петровичу вместе с коллегами удалось подготовить и издать в Сибирском отделении издательства "Наука" три книги по различным аспектам долгосрочного прогноза, доводивших деятельность Комиссии до логической завершенности. Другие советы и комиссии при Президиуме ничего подобного не рождали.

    К моменту прихода на работу в Президиум Иркутского НЦ И.П. Дружинин уже имел репутацию крупного специалиста по гидрологии и экономико-математическому моделированию динамики вод ных ресурсов крупных регионов. Его стали привлекать к экспертизе крупных водохозяйственных проектов в стране и за рубежом (Ирак, Куба). У него сложились связи с проектными институтами Министерства водного хозяйства СССР. И когда на повестку дня встал вопрос о переброске части стока сибирских рек в Среднюю Азию и Казахстан, Дружинин оказался вовлеченным в решение этой экономически и экологически ответственнейшей задачи. Проведя многовариантное скрупулезное изучение проблемы на основе экономико-математического моделирования, он пришел к убеждению об экономической целесообразности осуществления проекта, означавшего беспрецедентное техногенное вмешательство в природное равновесие Западной Сибири. Между тем, в стране все громче стал слышен протест против реализации этого проекта, основанный главным образом на общих соображениях и на эмоциях. Руководство Сибирского отделения Академии наук также определило свое негативное отношение к проблеме.

    Предвидя возможные для Дружинина последствия, я старался вникнуть в его позиции и по возможности смягчить конфликт с Отделением. Мы неоднократно и многосторонне обсуждали проблему переброски сибирских вод в Казахстан и Среднюю Азию, и всякий раз я убеждался^ том, что Игорь Петрович не отступит. Открытое столкновение становилось неизбежным. Оно состоялось на заседании Президиума Сибирского отделения, в повестку дня которого был включен его доклад. Я не участвовал в этом заседании, но чуть-чуть позже понял, что вокруг Дружинина складывается неблагоприятная обстановка. Меня особенно шокировало, что некоторые академики - члены Президиума Сибирского отделения советовали мне подумать над тем, стоит ли иметь заместителем такого оппозиционера Отделению. На это я отвечал, что за научные убеждения ныне не преследуют. Рассмотрение вопроса на Президиуме было для Игоря Петровича испытанием на прочность и мужество, которое он выдержал с достоинством. Однако стало ясно, что перспективы дальнейшего роста в Отделении у него нет. Стало ясно и мне, что предстоит скорое расставание с моим заместителем.

    Вскоре из Дальневосточного отделения РАН последовало приглашение на работу через участие в конкурсе на должность директора института в Хабаровске. Он успешно прошел конкурс и на осколках бывшего Хабаровского комплексного института сумел сформировать современный Институт водных и экологических проблем ДВО. В 1987 г. его авторитет ученого и организатора науки был подтвержден избранием в члены-корреспонденты АН СССР на вакансию для ДВО. И когда было решено на базе хабаровских институтов создать Хабаровский научный центр ДВО РАН, миссия организатора центра была поручена Дружинину, за плечами которого имелся большой опыт организаторской работы в Иркутске. С этой трудоемкой задачей он справился успешно и был первым председателем Президиума Хабаровского НЦ ДВО. Несмотря на занятость, он регулярно бывал в Иркутске и поддерживал связи с коллегами из СЭИ и из Президиума Иркутского НЦ. Встречи с ним доставляли мне большое удовольствие. Один раз и мне с моей супругой Тамарой Никитичной удалось побывать в Хабаровске в связи с международной геологической конференцией и пользоваться гостеприимством Игоря Петровича и его жены Ларисы Яковлевны. Тепло этой встречи до сих пор согревает душу. Последняя наша встреча парами состоялась в начале июня 1999 г. в Москве в Большом Кремлевском дворце, где проходило юбилейное торжественное собрание Российской Академии наук, посвященное ее 275-летию. Из беседы с ним я, к моему огорчению, узнал, что он не получил из Иркутска приглашения на празднование 50-летия создания Иркутского научного центра СО РАН, состоявшееся в феврале того же года в Академгородке. Я был сконфужен этим промахом и постарался, как мог, дезавуировать эту явно ненамеренную ошибку. Игорь Петрович был удовлетворен моими объяснениями, хотя чувство досады за оплошность нашего Президиума у меня сохранилось надолго. Правда, в написанном действующим председателем Президиума академиком Г.А. Жеребцовым и мною головном очерке книги "Академическая наука в Восточной Сибири" (Изд-во СО РАН, 1999), изданной к 50-летнему юбилею Иркутского научного центра, вклад Дружинина в наше общее дело отражен вполне достойно. Игорь Петрович знал содержание этого очерка и поблагодарил меня за добрые слова в его адрес. Здесь уместно признаться, что пришедший ему на замену в 175 Президиум доктор технических наук, профессор оказался во многих отношениях противоположностью Дружинину. Хотя на нового зама по науке я делал значительную ставку по развитию физико-технического направления исследований и формированию на этой основе института соответствующего профиля, мой выбор на этот раз оказался явно неудачным. По моему настоянию Сибирское отделение РАН освободило его от должности в 1991 г.

    Переход Дружинина из Сибирского отделения в Дальневосточное был закономерным и несомненно удачным, поскольку позволил ученому проявить свои творческие способности в полной мере и удовлетворить естественное честолюбие стать членом Академии наук. То и другое было реализовано наилучшим образом, если иметь в виду его избрание в 1994 г. действительным членом Российской академии наук. И.П. Дружинин был скромным, сдержанным и мягким человеком и в то же время Личностью с большой буквы.

* Николай Алексеевич Логачев - академик, советник РАН, г. Иркутск.


Наверх

email: info@isem.sei.irk.ru
fax: (3952)42-67-96
ИСЭМ СО РАН
Страница: htttp://www.sei.irk.ru/history/ vosp_dr.htm
Адрес: 664033 г. Иркутск
ул. Лермонтова, 130